«Непуганая молодёжь? У нас тоже такая»: самое примечательное в интервью Лукашенко — это реплики российских журналистов Статьи редакции

Симоньян: Судя по всему, настроение у вас хорошее.

Лукашенко: Ну, благодаря тому, что вы приехали, у меня хорошее настроение.

Симоньян: Да...

0:15

Лукашенко: И мы, и россияне знаем, кто управляет и откуда. Управляют американцы из центра под Варшавой через известные телеграм-каналы. Второй центр — это Чехия. Ну а потом уже Литва и, к сожалению, в Украине создают опорные пункты, чтобы влиять на Беларусь.

Симоньян: Ну, в Чехии – хаб американского иновещания исторически. Их главная распределительная коробка.

Бабаян: Координационный совет оппозиции — кто эти люди лично для вас и что они значат для белорусского общества сегодня?

Лукашенко: Я честно вам скажу. И вообще я буду честно отвечать на все ваши вопросы. Что бы вы не думали, что я там…

Симоньян: А мы не думаем.

Лукашенко: Да если бы у нас было платное здравоохранение, мы бы трупами в ковид завалили всю страну. Что такое платное здравоохранение, показала просвещённая Европа.

Симоньян: Америка, в первую очередь.

Лукашенко: [по ТВ говорят, что] дети президента в Ростове, президент бежал, президент трус.Скажите, на моём месте какие бы были ваши действия?

Бабаян: Показал бы, что я на месте?

Лукашенко: Я показал, что я на месте. И я не трус, и я не боюсь.

Лукашенко: Если бы не было внешнего [влияния], мы давно бы уже справились с этими проблемами.

Симоньян: Это правда.

Лукашенко: Вы же сами видите, что этими походами управляют телеграм-каналы. И видите, как люди выходят, порой беспечно, с детьми. На прошлом митинге было две трети женщин. Наверное, студентки приехали.

Симоньян: Да мы-то знаем, как это всё работает, Александр Григорьевич. Мы всё это прекрасно понимаем. Это не первая такая…

Лукашенко: В Хорватии и у нас, в Белоруссии, вдумайтесь, по данным ООН, самая чистая вода. Вы даже не слышали об этом.

Симоньян: И ещё в Дилижане (армянском городе – прим. TJ).

Бабаян: Первое место, да, первое.

Симоньян: Первое — Сан-Франциско!

[смех журналистов]

Симоньян: Непуганая молодёжь — понятно. У нас тоже такая. Вообще непуганым задурить мозги гораздо проще, чем пуганым. Человек, которому есть, с чем сравнивать, он и сравнивает.

Симоньян: Спасибо, что вы с нами честны и что признаёте, что переживаете по этому поводу. Я надеюсь, что скоро у вас не будет повода переживать.

Лукашенко: [Представьте,] вы президент Беларуси.

Симоньян: Слава богу нет, но я бы не отказалась.

[смех журналистов]

Лукашенко: Да, я говорил, у нас Конституция тяжёлая для женщин.

[смех журналистов]

Лукашенко: Но сейчас будет новая Конституция, и зная вас хорошо — вы вполне впишетесь.

Симоньян: Да я мужик.

Лукашенко: (про интеграцию с Россией — прим. TJ) Вы знаете, чего мы на это не пошли. Тогда вы все боялись, что Лукашенко прибежит и схватит шапку Мономаха.

Бабаян: Ну, разговоры такие были. Но сейчас многое изменилось.

Симоньян: Антон [Верницкий] говорил, что вы придёте и займёте место русского царя, грубо говоря?

Лукашенко: Почему русского? Русско-белорусского.

Лукашенко: Спросите у Путина, сколько в правительстве и Кремле сидело ЦРУшников. Спроси, Маргарита. А может, спрашивала.

Симоньян: А может, до сих пор.

Лукашенко: Нет, не думаю, что до сих пор.

Симоньян: «Соросовских» точно нет, слава богу.

Бабаян: Многие люди говорят, что и не собирались выходить, вливаться в колонны протестующих, но пошли, потому что увидели вот такую чрезмерную жестокость.

Лукашенко: Роман, они пошли и, что, сейчас ушли с улиц?

Симоньян: Конечно, многие ушли. Сейчас же меньше выходит. Выходило 200 [тысяч], сейчас выходит 30. Разве нет?

Симоньян: Я как раз считаю, что это задача ОМОНа, полиции, Росгвардии, кого угодно — поддерживать порядок, задерживать тех, кто пытается проникнуть к резиденции.

Лукашенко: По закону.

Симоньян: Конечно. [Тех, кто пытается] отрывать асфальт. И даже если в ход идут дубинки, я ничего страшного в этом не вижу. Это во всех странах мира происходит. Я бы хотела, чтобы мой мир и покой охраняли.

Лукашенко: Я бы не сказал, что покатилась бы [Белоруссия без него] куда-то далеко...я думаю, что далеко, но, может, кто-то подставил бы своё могучее плечо. Но сейчас бы было очень тяжело...

Симоньян: Мы даже знаем, какое могло бы быть могучее плечо. Кто бы мог его подставить.

Симоньян: Тут спрашивать-то мне вас не о чем, потому что я тоже не хочу вас ставить в такую ситуацию, что вам придётся оправдываться. Я доношу это до вашего сведения, чтобы вы об этом знали и с этим разобрались. ОМОН, который по закону и справедливо защищал вас, в том числе с дубинками, правильно и делал. Но когда безоружных и беззащитных...

Лукашенко: Урки, которые бросались на милицию, получили правильно.

Симоньян: Журналисты.

Лукашенко: Ну неважно, журналист-не журналист, возможно, и случайно попал. Но как случайно? Он там в этой заварухе...

Симоньян: Это его работа.

Лукашенко: Но ты же видела, что там творилось.

Симоньян: Конечно.

Лукашенко: Не специально российского журналиста RT схватили.

Симоньян: У меня нет вопросов, почему их задержали. В огне таких событий кто будет разбираться, ты журналист или ты из Польши приехал, или ты на RT. Но дальше, когда их задержали, прошло несколько дней, их не кормили, били. Вот с этим надо разобраться.

Лукашенко: Может, перевернём эту страницу.

Симоньян: С удовольствием. Я просто хотела вам сказать, чтобы вы об этом знали.

Лукашенко: Думаешь, я не знаю? [...]

Cимоньян: Ну если знаете, договорились. Я вот с расстояния, чтобы меня операторы не поругали, жму вам руку.