Не изнасилуют: почему девушкам можно публиковать фото без одежды

Процессы и части нашего тела неравнозначны. Есть отвратительные и скрываемые, а есть привилегированные и идеализированные. Тело в культуре становится всё более неосязаемым и под влиянием социальных медиа приобретает виртуальное измерение, лишающее тело изъянов. Но есть ещё один важный смысл обнажения, который теряется за объективацией и сексуализацией телесного. Обнажение — всегда акт предъявления уязвимости, позволение другому наблюдать тебя таким, какой ты есть. Это очень интимный момент, для которого создан заменитель — симулякр, — повседневное объектное обнажение. Нигде, кроме объективированного обнажения женщины не были столь не равны мужчинам. Тело сегодня часто воспринимается как предмет выбора и самопрезентации, вместо уязвимости. Телесная уязвимость играет очень важную роль — это путь к сближению. И истинное сближение в нашей культуре заменено возбуждением, влечением, аффектацией.

Поэтому, когда художник возвращает телу телесность, деобъективирует его, выражая идеи близости, уязвимости, неидеальности, он всегда рискует. Массовый зритель, сразу считывает этот „баг“ и стремится его искоренить, порицая и отказывая в праве на наготу.

Обнажённое тело лишено дополняющих объектов, созданных модой, и формирующих мощные контексты восприятия, эксплуатирующие телесность в своих целях. Поэтому невозможно показать полную экспрессию тела, не обнажив его. Это понимали великие художники во все времена, а мы забыли

Максим Милославский

В нас намного больше разнообразия, чем мы хотели бы, и нам очень страшно это признать. То, что вам говорят „Вы раздеваетесь, как вы не боитесь, что вас изнасилуют» очень напоминает ситуацию, связанную со спортом, когда маленькие девочки на пилоне — это разврат, секс, мечта педофила. Почему для вас ребёнок — это объект сексуального вожделения? Люди, которые видят сексуальный объект там, где его не предполагается, сами имеют проблемы в сексуальной сфере, зажатую энергию. Они не позволяют себе здоровый, разнообразный секс, здоровые отношения с теми, кто кажется им неприкасаемым. Когда они видят в нас сексуальный объект, в спокойной фотографии, где есть просто чистая кожа или просто биологическая оболочка, когда они говорят „вас же могут изнасиловать“ — это то, что они хотели бы сделать, и то, что, к счастью для общества, они себе никогда не позволят, но с огромной проблемой для них до самой смерти будут держать в себе.

Марина Момот

Цепочка простая: голое тело — секс — грязь — стыд. Когда мы на что-то смотрим, мы откликаемся в соответствии со своими личностными особенностями, которые формируются вследствие воспитания и воздействия среды. Человек, который воспитывался в среде, где к телу относились как к чему-то естественному, скорее всего не на каждый визуальный стимул, где есть голый сосок, будет реагировать эротическим переживанием. Исходя из этого, так же индивидуален вопрос провокации. Часто на голые фото люди реагируют стыдом, замаскированным злостью. А стыд — это одно из ведущих чувств, которым окрашена тема сексуальности в нашем обществе.

Юлия Островская

Умение принимать обратную связь, брать из неё то, что нам подходит, конструктивно принимать критику (от значимых и компетентных людей, по нашему запросу, а не от анонимов из интернета!) — важное качество, отсутствие которого может приводить к разным травматичным ситуациям и усиливать стыд. В целом, знать свои потребности, осознавать, зачем нам нужно то, чего мы хотим, уметь найти способы удовлетворить их и принять результаты — всё это небыстрый путь и ню-фотосессия здесь явно не первый выбор. Однако при наличии хорошей внутренней устойчивости, опоры на себя и готовности принять риск это может быть полезным опытом, особенно если его потом прожить в психотерапии.

Иван Веселов

Удивительно, сколько личной истории может хранить в себе тело, стоит к нему „прислушаться“. Любой модный объект, напротив, унифицирует сказанное. Тело многомерно и каждая сторона его жизни достойна внимания: цвет, тон, тактильность разных участков, запахи, форма, плотность, уникальные пропорции, гармония частей тела. Наблюдать и выражать этим языком личную историю уязвимости и значит вернуть тело его хозяину или хозяйке.

Максим Милославский