RUPRESSION: Проект поддержки фигурантов дела «Сети»*

Дело «Сети» началось осенью 2017 года. На протяжении следствия и судебных разбирательств правозащитные организации не раз заявляли, что дело полностью сфабриковано, а признательные показания были выбиты под пытками сотрудниками ФСБ. 10 февраля в Пензе приговорили к срокам от 6 до 18 лет колонии семерых человек. 22 июня в Санкт-Петербурге огласят приговоры еще двум – Виктору Филинкову и Юлию Бояршинову. Им запросили 9 и 6 лет колонии общего режима.

Поддержкой фигурантов дела «Сети» занимается коллектив RUPRESSION. Активисты проводят акции, освещают ход дела в интернете, помогают обвиняемым финансово.

«Цель нашего коллектива – освещение дела «Сети» и требование его пересмотра, расследование и привлечение к ответственности сотрудников, причастных к пыткам фигурантов, оправдание невиновных. Это не отменяет нашей заинтересованности в расследовании. Но участвовать мы в нем не можем, поскольку просто не обладаем такими ресурсами. Мы не журналисты и не профессиональные защитники. Мы обычные люди, защищающие своих близких, оказавшихся в тюрьме» – говорит жена Виктора Филинкова Александра Аксенова.

RUPRESSION появился в феврале 2018 года. Изначально проект предназначался для сбора информации о пытках обвиняемых из разных источников. «Писали многие издания, но у всех было разное. Хотелось собрать эту информацию воедино», – рассказывает Александра. Позднее у RUPRESSION появился собственный сайт, на котором публикуются новости, письма фигурантов, анонсы и отчеты с акций солидарности, письма поддержки, материалы о деле и расследовании пыток. Со временем авторы проекта начали участвовать в пикетах и митингах, организовывать и анонсировать акции поддержки. Например, выставки в поддержку политзаключенных в Санкт-Петербурге, Москве и Берлине. Все собранные средства были направлены на поддержку фигурантов дела «Сети».

Также RUPRESSION занимается распространением одежды и сумок с логотипом проекта и рисунками самих фигурантов. Это помогает собрать средства для поддержки обвиняемых и распространить информацию о деле. «В первые месяцы запуска мерча он оказался более чем нарасхват и печатать его не успевали. Это приятно нас удивило».

В проекте участвовало от 3 до 10 человек. Устойчивого состава RUPRESSION не имеет. «Мы существуем уже больше двух лет сугубо на личной инициативе, никакого личного профита мы с этого не получаем, - рассказывает Александра. - Хотя если бы кто-то начал запускать подобный проект, то я бы посоветовала разместить отдельный сбор донатов на обслуживание социальных сетей и сайта, чтобы хоть как-то компенсировать время участников, поскольку времени это занимает много».

Сейчас в коллективе состоят люди, которые организовались с самого начала. Это люди, которые уже не могут отстраниться от происходящего в силу личной вовлеченности. Активное участие также требует глубокого понимания дела. Иногда RUPRESSION привлекал людей извне, но по разным причинам те быстро уходили. Проект часто кооперируется с другими организациями или активистами для поведения мероприятий.

По словам Александры, откровенных препятствий со стороны власти или полицейских они не встречали. «В памяти возникает только один эпизод. Накануне ЧМ, когда проходили митинги, типографиям в Санкт-Петербурге разослали указ о нежелательной печати продукции с нашим сайтом и логотипом».

Жаркие споры в кругу правозащитников и активистов вызвала публикация «Медузы» о причастности некоторых фигурантов дела к убийству своих друзей. 21 февраля 2020 года издание опубликовало расследование, в котором знакомый обвиняемых Алексей Полтавец признался в убийстве 21-летнего Артема Дорофеева, а фигуранта дела «Сети» Максима Иванкина обвинил в убийстве 19-летней Екатерины Левченко. Иванкин обвинения отрицает. Кроме этого, Полтавец рассказал о секретной квартире под названием «Сады», где фигуранты выращивали марихуану и галлюциногенные грибы. В расследование «Медузы» сразу стали находить несоответствия, а в среде активистов спорили, стоит ли продолжать заступаться за предполагаемых убийц.

По словам Александры, это заметно снизило поддержку и интерес к делу. У многих людей обвинение в убийстве вызвало сомнения в невиновности фигурантов. «Средний читатель не будет разбираться, кто там хороший политзек, а кто плохой. Ему это не интересно, и он просто прекратит как-либо обращать внимание на данное дело, если не на все политические дела вообще». Коллектив заявил, что считает расследование «Медузы» некачественным и требует тщательного расследования исчезновения Дорофеева и Левченко: «Мы исходим из презумпции доверия к фигурантам. Мы считаем всех, против кого нет какой-либо информации о причастности к преступлению, невиновными». Также в обращении RUPRESSION сказано, что Полтавец рассказывал нескольким людям разные версии произошедшего.

На внимание к делу также повлияла пандемия коронавируса. Из-за самоизоляции слушателей перестали пускать на судебные заседания: «Если на последние слушания перед карантином приходило 50-100 слушателей, толпы журналистов, то сейчас обеспечить гласность и внимание таким образом не представляется возможным — в суды никого не пускают, в зале присутствует только один журналист, ведущий прямую трансляцию». Александра добавляет, что ослабление внимания связано не только с вирусом, но и с появлением большего количества новостей о политических репрессиях.

По мнению Александры, главное, что может сделать любой человек для помощи фигурантам – это распространять информацию о деле: «Мы должны защищать не только конкретных фигурантов, мы должны защищать принципы и нормы, в которых мы с вами живем. Пытки и фальсификации приводят к отсутствию кредита доверия к каким-либо следственным и судебным действиям. Если сегодня человека задерживают и выбивают показания, то что дает гарантии, что это не произойдет с вами? Если мы видим одно сфальсифицированное дело, то что дает гарантии, что и иные дела не будут схожими? Если мы видим применение пыток для выбивания показаний, то в чем гарантия, что следствие установило реальных преступников, а не решило устроить показательную порку? Поощрение или игнорирование таких следственных действий или таких судебных процессов приведет к полной их деградации или отсутствию в нашем обществе понятия прав и свобод».

* «Сеть» — запрещенная в России террористическая организация.