Говорят, что два нейрона в чашке Петри способны извлекать квадратные корни. Я сам не проверял, утверждать не буду. Но вот четыре головы, полные нейронов, не смогли точно вспомнить, с чего первый раз засветился участковый Степан. Вроде, он купался в джакузи с дояркой, потом выпивал с председателем в зале совещаний, потом кто-то отошел в сортир. То есть, набор инструментов был известен, но как из этого сложить пазл, вспомнить не могли.
Вопросов было много. Нужна ли доярка с большим выменем, или подойдет с обычным. Кто именно должен пойти в сортир. Наконец, какой цвет красителя для навоза использовать. Перебирать варианты было некогда, поэтому решили действовать просто.
Краску взяли голубую – а как еще должен выглядеть Новоявленный. Доярок для эксперимента выбрали самых веселых, а на сортир просто забили.
Степана искупали в джакузи и высушили феном. Он едва посинел и скорее походил на советского цыпленка из гастронома, чем на мессию. Тогда решили, что купель должна быть троекратной, но и это не помогло. После тройного ополаскивания Степан стал ультрамариново-синим. Но при этом каким-то тускло-матовым, без блеска.
«Может его полиролью обработать, - предложил Женя, - натрем как линолеум».
«Знаю, что делать, - закричал кто-то из студентов, - тушите свет и включайте иллюминацию!».
Так и сделали. Свет потушили. Включили иллюминацию. На сцене у шеста одиноко стоял Аватар. Зеркальный шар под потолком бросал на него солнечные зайчики. Зайчики сползали с синего человека и разбегались по углам зала.
«Давай, лезь на шест! – заорал председатель, - щас засияешь!».
Но и это не помогло, даже в паре с доярками вялый Аватар не производил впечатления.
«Это крашеное чучело за Новоявленного не выдать - кислые щи, а не борщ», - подвел итог Женька.
«Главное, нет у него внутренней силы. Убежденности нет», - согласился председатель.
«А как Христофор засветился? – спросил кто-то из студентов, - может так попробовать».
«Это вы у нас специалисты, - напомнил Женя, - спалили к хуям заслуженного работника деревообрабатывающей промышленности и депутата*».
«Давайте и к этому телефон подключим, как к Христофору, может это добавит ему бодрости», - предложил Женя.
Студенты с сомнением покачали головами. «Здесь нужна штука помощней, - определил НЮРА, - там строители что-то оставили, сейчас прикатим».
Студенты скрылись за углом и через минуту выкатили оттуда сварочный аппарат внушительного размера.
«Это должно его оживить!», - констатировал НЮРА.
«Или испарит нахуй, - саркастически заметил Авдеич, - один уже испарился, летает где-то в пространстве, вместо того, чтобы коров освещать. Эх! Опустела без тебя земля …..и три тополя на Плющихе!».
«Может подписку с него взять, что он согласен. На всякий случай», - предложил Женька со страхом глядя на звероподобный трансформатор.
Авдеич сунул в вялую руку Степана листок с пола и карандаш, тот что-то слабо чиркнул.
«Ну, хлопцы, дело за малым, - потер руки председатель, - как будем подключать параллельно или последовательно?».
«Ничего этого не нужно, - строго ответил КЛАВА, - кладем его в ванну с навозом. Один электрод к ванне, второй сунем в говно».
Степана уложили в ванну с голубым лекарством. Отрицательный электрод закрепили на стенке. Включили трансформатор в сеть. Он гудел и потрескивал. Где-то внутри пробегали веселые искры. Волосы на руках у стоящих рядом поднимались дыбом от статического заряда.
«Теперь нужно взять второй электрод и кинуть в ванну», - мертвым голосом произнес НЮРА.
«Может попа нужно было позвать, - нерешительно произнес Женя, - или раввина?».
«Поп тут уже не поможет, а вот ветеринар бы пригодился, - решительно заявил председатель, - только улетел скотский врач, убыл в неизвестном направлении. Рассекает, наверно, просторы Большого театра на силосной башне».
«И ракету нашу утащил», - согласился НЮРА.
Все застыли, понимая ответственность момента. Все предыдущие опыты в сравнении с этим казались детскими забавами. Полевой телефон рядом с мощным трансформатором выглядел игрушкой. Молчание длилось несколько минут, никто не решался сделать последний шаг.
«Маруся, Марусь, поди сюда, - наконец подал голос председатель, - Слушай, возьми вот этот конец и кинь в ванну».
Наивная доярка схватила провод и без всякой мысли закинула в ванну к участковому.
Хлопок, дым, искры. Всюду погас свет, даже дежурное освещение выбило. Некоторое время все приходили в себя оглушенные и ослепленные. Когда звон в ушах затух и глаза привыкли к темноте на полу стали заметны голубые следы босых ног. Следы вели за угол. Не сговариваясь, все двинулись по следу. В ванну так никто и не заглянул. Друзья свернули два раза и уперлись в двери туалета. Там что-то струилось и булькало.
Авдеич осторожно потянул дверь на себя и охнул. В туалете над писсуаром стоял Новоявленный. Он горел ровным голубым сиянием, освещая соседние писсуары и кабинки для больших дел. Но самым поразительным было то, что в Новоявленный мочился искристой голубой струей.
«Ебишь твою корову!», – только и произнесла доярка. Остальные наблюдали за мочеиспусканием молча.
Покончив с естественной потребностью и отряхнув голубой конец, Новоявленный потребовал выпить. Осушив подряд два бокала настоя бабы Дуси, Новоявленный потребовал саму бабу Дусю. В отсутствие Дуси он согласился на Марусю и вторую доярку. Дойка заняла у бывшего участкового около часа.
Все это время четверо «политтехнологов» совещались, как начинать сбор подписей за кандидата. Требовалось собрать 100 тысяч подписей для регистрации. Лукашенко к этому времени собрал уже 2 миллиона.
Покончив с доярками Новоявленный явился миру. Девушки в силу вспыхнувшей страсти к миру не вышли. Степан выслушал предложения о сборе подписей, регистрации и прочей выборной мути криво улыбнулся, блеснув голубыми зубами. Потом он изрек. Этот голос, однажды слышавшие его, никогда уже не забудут.
Суть изречения Новоявленного была такова. ОН немедленно отправляется в президентский дворец, чтобы занять свое место правителя, отведенное ему свыше. Самозванец, сидевший на троне, пусть дрожит и трясется, ибо ждет его кара. Пойдет ОН пешком, чтобы народ мог узреть мощь и силу ЕГО. Добрые девы (тут Новоявленный кивнул в сторону доярок) пусть сопровождают ЕГО, но сперва принесут ему шубу и посох.
Произнеся всю эту ахинею, Новоявленный потребовал еще одну кружку настоя и отправил доярок за вещами. После чего сел на лавку в задумчивости.
А друзья тихо покинули Оздоровительный центр. «Блядь! Чтож мы наделали», - только и успел прошептать председатель.
*) Заслуженный работник деревообрабатывающей промышленности Макар Семенович Шкиба долгое время руководил Гомельским ДОКом под действием электрического тока, который друзья подавали на разные органы директора, пока однажды не перегорел. Эта история описана в первой книге «Охлажденный и Замороженный», посвященной Женьке Гишгорну. Приобрести книгу можно в киосках Союзпечати.