Прочитал новость, что 80 ветеранов, которые должны быть на параде, отправили на карантин в какой-то санаторий, чтобы они не заразили президента. Представил эту картину, и мне до сих пор не по себе. Вот приходит фронтовику приглашение, он, конечно же, счастлив, а потом ему так вкрадчиво говорят: понимаете, нужно две недели посидеть в обсервации. И он понимает, он всегда понимает прихоти государства. Вместе со своими близкими он принимается складывать в чемодан вещи, носки, майки, таблетки, бережно укладывает ордена, как вдруг по морщинистому лицу начинают катиться слёзы. Когда тебе 95 лет, четырнадцать дней – это вечность. Он прощается с семьёй, даёт какие-то неуклюжие напутствия, они пытаются сменить тему, неуместно шутят: да ты что, дед, мы же с тобой на твоё столетие ещё собирались опять Берлин брать. Он машет головой. Ему помогают сесть в автобус, где его ждут уже другие сослуживцы, он их не знает, но тепло здоровается. И вот они едут в этот санаторий и вновь проживают те минуты, как когда уходили на фронт, потому что в этом возрасте день равен году, и кто-нибудь может не вернуться. Они снова на войне, а для тех, кто всё это устроил, это просто очередное политическое шоу