Тело Дженнифер: гиперреальность наоборот

Настоящее произведение искусства — всегда не совсем то, что само о себе заявляет. Не лукавство автора тому причиной: просто чаще всего одарённый человек не может держаться строго в рамках формы, жанра или даже собственной задумки, либо же наоборот — задумка ведёт создателя далеко за границы, в которые он себя попытался заключить. Например, «Академия вампиров» не хочет быть просто картонной любовной повестью для девочек-подростков: у Райчел Мид слишком живая фантазия и едкое чувство юмора. Э.Т. А. Гофман в «Эликсирах сатаны» использует неповоротливую и от рождения архаичную форму готического романа, чтобы поговорить о проблемах современности и даже заглянуть в будущее. Что уж говорить о Джоан Роулинг: её magnum opus никому и в голову сейчас не придёт назвать назидательной сказкой для детей и юношества, пусть цикл о Гарри Поттере и задумывался, как своего рода педагогическая поэма.

Однако, есть и произведения, которые нарочно прячут свою суть как можно глубже. В этом виноват реципиент искусства: реципиенту надобно, чтоб его развлекали, поэтому вещи, затрагивающие наиболее актуальную и болезненную тематику времени, он будет считать скучными и избитыми. Реципиент думает, что проблемы бедного человека полностью решил за него Диккенс, и Джерому приходится зашивать свои маленькие трагедии в фельетоны. Реципиенту кажется, что Оруэлл достаточно рассказал ему о тоталитаризме, поэтому Шекли надевает маску сатирика на своё серьёзное грустное лицо. В наше время реципиентом овладела уверенность, что безнаказанного насилия и циничного надругательства над невинными в мире не осталось нигде, кроме Сомали и подобных стран. «Ничего не хочу знать!» — восклицает аудитория, закрывая уши, и автору только и остаётся, что рядить свою мысль в какие-то уж совсем небывалые одежды.

«Тело Дженнифер» — фильм, который повествует о двух американских школьницах из городка под названием Дьявольский Котёл. Дженнифер (в исполнении Меган Фокс) — капитанша команды чирлидеров, яркая, эгоистичная и чрезвычайно глупая. Ниди (её играет Аманда Сейфрид) — типичная подружка звезды: некрасивая заучка (тоже, кстати, не слишком умная), почти не интересующая мальчиков. В экспозиции героинь автор даже не утруждается избегать клише и даёт их прямо в лоб; у зрителя складывается ощущение, что сценарист по интеллектуальному уровню не намного превосходит своих героинь.

Но потом следует метакомментарий (наблюдая, как подружки — в замедленной съёмке! — приветствуют друг друга, одноклассница-азиатка спрашивает Ниди: «Вы что, лесбиянки?»). Здесь в первый раз происходит сопоставление идиотской сюжетной конструкции с последующим резким её высмеиванием — один из основных приёмов, используемых сценаристом. Впечатление он производит неоднозначное: от происходящей на экране нелепости становится смешно, но при этом как-то неуютно. Братья Стругацкие охарактеризовали подобное состояние метким сравнением — «как будто кошка расхохоталась тебе в лицо».

Эта кошка будет хохотать ещё не раз: парня, чей друг недавно умер ужасной смертью, жестоко убивают в лесу, крики издалека слышит учитель (в этой роли задействован оскаровский лауреат Джонатан Кимбл Симмонс), и, приняв их за рыдание, достаёт железным крюком, заменяющим ему руку, из кармана носовой платок со словами: «Нам всем сегодня надо выплакаться»; Ниди говорит своему бойфренду, что прочитала все книги по оккультизму, которые нашла в школьной библиотеке, а он с удивлением спрашивает её: «Откуда в нашей библиотеке книги по оккультизму?»; фронтмен рок-группы, собирающийся принести Дженнифер в жертву сатане, вдруг прерывает ритуал и спрашивает у неё, как бы объясняя свой поступок: «Ты хоть представляешь, как тяжело сейчас инди-рокерам?» Финал последней сцены содержит тот же троп, только доведённый до крайности. Это выглядит перебором даже для чёрной комедии, слишком уж цинично и отвратительно выглядит сцена. Зритель начинает догадываться, что его никто и не намеревался смешить, а происходящее на экране — какой-то зловещий фарс; пожалуй, в тот момент ему и становится страшно.

Притом, что лента вроде бы соткана из клише, никогда нельзя предугадать, какой абсурд будет дальше происходить на экране. Здесь можно говорить о субверсии, можно — о деконструкции, но по сути это изощрённое издевательство. В какой-то момент кажется, что основной жанр фильма — пародия; но в пародии показывают нелепость штампа, а не выворачивают нещадно его наизнанку. Кроме того, пародия, как и чёрная комедия, нисколько не ценит своих героев, потому и зрителю на них наплевать. С фильмом «Тело Дженнифер» не так: Дженнифер и Ниди, может быть, и глуповатые, и наивные, и забавные, но очень милые и совершенно беззащитные перед чудовищами вроде Николая, того самого фронтмена. Их страдания настоящие, их переживания глубокие, поэтому в конце концов начинаешь испытывать по отношению к ним сочувствие и жалость — как и автор фильма. Максимум, что допускает Дьябло Коди в адрес своих героинь — мягкая ирония. Нещадная издёвка же адресована всем остальным — тем, кто на одну смотрит как на пустое место, а во второй видит только тело, которым можно пользоваться по своему произволу, хоть бы и приносить в жертву сатане.

Потому этот фильм вовсе не чёрная комедия с элементами фильма ужасов, как определяют его критики — видимо, с подачи автора. Перед нами трагифарс, причём с упором на трагическую (что подчёркивается сугубо печальным композиторским саундтреком на контрасте с использованными тут же песнями развесёлых поп-панк-исполнителей), а не фарсовую составляющую, хоть поначалу и кажется иначе. Кроме того, «Тело Дженнифер» — это жёсткая социальная сатира, построенная на критике порока объективации женского тела.

Разумеется, эта тема донельзя девальвирована различными спекуляциями и прямолинейными трактовками. Читатель может сказать: сколько можно говорить о том, что женщина к телу не сводится? Наверное, на этот вопрос обстоятельно может ответить любая продавщица из алко-маркета, которой за один только день делается не один десяток пьяных предложений от покупателей. Или студентка доцента Соколова по имени Анастасия Ещенко — хотя погодите, она не может, так как доцент Соколов её убил, а тело выкинул в реку Фонтанку — прямо как герои фильма, швырнувшие то, что осталось от Дженнифер, в водопад под названием Дьявольский Котёл. Наверное, на этот вопрос смогла бы подробно, хоть и не слишком цензурно ответить Дьябло Коди, которая до того, как стать успешной сценаристкой, была вынуждена зарабатывать себе на жизнь, работая стриптизёршей…

Хотя погодите, она уже ответила.