«Роскошь церкви — это ваши девичьи мечты»: главное из общения иеромонаха Макария с сообществом TJ Статьи редакции

Изучение религии в школах, закон о защите чувств верующих и воздушный крёстный ход.

14 мая на вопросы пользователей TJ ответил иеромонах Русской православной церкви Макарий Маркиш. Он пришёл в священство после карьеры в программировании и 15 лет жизни в США. За политику РПЦ Маркиш не отвечает, но рассказал о нынешнем курсе православия в России, массовом строительстве храмов и спорных моментах в отношениях церкви с обществом.

Я работал в Америке с осени 1985 года по осень 2000 года, окончил духовную семинарию. Моя карьера развивалась в компании Prime со своей собственной операционной системой и языком С, который мне очень нравился. А с 86-го года появился Unix — операционная система, лежащая в основе операционной системы Android и продуктов Apple. Я освоил Unix, но на объектно-ориентированное программирование не успел перейти. В 1994 году меня сократили, а компания разорилась.

С тех пор я не больше не работал в этой сфере, но до сих пор занимаюсь программированием: у меня на столе стоит свой небольшой ноутбук, иногда что-то выкладываю на сайт для общего пользования, иногда делюсь умениями с друзьями. Использую Visual Basic, а для языка С у меня нет компилятора. Но нельзя сравнивать земную профессию программиста со священством. Священство — это бытие личности, это дар, который даётся Господом, а программирование — средство для зарабатывания денег.

Я родился в нерелигиозной семье и принял крещение, вошёл в состав церкви, будучи на американском континенте. Уверенность в том, что я должен стать христианином, зрела у меня на протяжении многих лет российской жизни. Когда готовился принять православие, был Советский Союз, и наша семья уехала тогда из СССР. Настала череда разных событий: жена со мной развелась, наша страна освободилась от большевистского господства, в жизнях американцев также произошли глубокие изменения в 1980-х, хоть в нашей стране не много об этом знают.

На фоне всех перемен я остался без семьи, появилось много свободного времени и поступил в семинарию в США. После обучения возникла возможность и даже необходимость вернуться в Россию. Одинокий человек с семинарским образованием и без желания вновь жениться естественным образом идёт к монашеской жизни, а в монашеской жизни уже призывается к священству. Мой путь — довольно плавный и закономерный, без особых переломов.

Церкви и храмы — это часть жизни народа. Когда кто-то спрашивает, нуждается ли Россия в таком количестве булочных, или парикмахерских, или гаражей для ремонта автомобиля, я отвечаю, что это дело не России, это дело людей. Мы живём в свободной стране, а в свободной стране строительство храмов и другие всякие дела, которые нужны людям в отдельности, государством не решаются и не определяются.

Другое дело, почему кто-то негативно реагирует. Кто читал Евангелие — там можно найти разные жёсткие слова, которые Спаситель говорил на эту тему: «меня возненавидели прежде вас, вас будут ненавидеть после».

За обвинениями церкви [РПЦ] видны определённые идеологические установки. Может быть, даже с профессиональным подходом, когда люди получают деньги за такие гнусные высказывания. Что поделать, у нас свободная страна, можно и гадости писать до тех пор, пока у вас не будет проблем с правоохранительными органами. А я надеюсь, что не будет.

Все эти формулировки про попирание человеческих норм и циничное двоемыслие церкви — это бабкины сказки, чтобы ориентировать многотысячную аудиторию на антихристианские установки. Противоборство человека и Сатаны продолжается сегодня в виде информационной войны. Сейчас я отвечаю на этот вопрос, как представитель русской православной церкви и так же несу ответственность за происходящее, хотя моё мнение как священника может быть неидеально или недостаточно информировано.

Критики нынешнего активного участия церкви в жизни общества того и добиваются: сиди и не высовывайся. Здесь нельзя сказать, при ком было лучше — при Патриархе Алексии II или при нынешнем Патриархе Кирилле. Алексий вёл как мог в условиях его времени, Кирилл продолжает его курс в новых реалиях.

Зачем мы крестим маленьких детей и младенцев? Есть простой ответ в одно слово, отвечающий на любые сомнения: семья. Маленькие дети становятся христианами как становятся частью своей семьи. И ни одна семья не скажет, что мы — часть таинственного тела Христова, а наш ребёнок, наша плоть и кровь, к христианству не относится.

Церкви сложно выстраивать диалог с новыми поколениями, потому что она очень ограничена в ресурсах. Поэтому когда молодым специалистам предлагают работать в церкви за десять тысяч рублей в месяц, а в страховой компании предлагают сто тысяч, редко кто отказывается. Людям всё же надо обеспечивать семью. Ситуация изменится, когда мы сможем тенденцию переломить и опереться на живую помощь.

Выражение «пиар-акция» — это неологизм и пришло в наш несчастный язык под влиянием похабщины из-за рубежа. Это всё антихристианский материал. А крёстные ходы, молитвенные ходы, литании существуют в православной церкви с четвёртого века, когда за общественные религиозные действия перестали наказывать. Объезды и облёты — это современное следствие технического развития. Раньше обходили, потом ездили на повозках, теперь это делают на машине или на вертолёте. Верующий человек должен относиться к облёту города с иконами как к физическому проявлению религиозной жизни.

Мыслящему человеку очевидно, что под «чувствами верующих» подразумевается две разных реальности: чувства личные и чувства общественные. Оскорбление общественных чувств, например, памяти Великой Отечественной Войны, имеет другое название — хулиганство. И наши законодатели решили хулиганство в отношении религии вынести в отдельную статью уголовного кодекса.

Цель вынесения закона в отдельную статью — его диверсификация. Например, есть убийство, а есть убийство с отягчающими обстоятельствами. Законодатели посчитали новую статью целесообразной. Если вам не нравится — избирайте своих кандидатов в Законодательное Собрание, выдвигайте свои законопроекты и посмотрим, что из этого получится.

В феврале 2020 года протоиерей РПЦ Дмитрий Смирнов сравнил гражданских жён с «бесплатными проститутками». «Ты просто бесплатно оказываешь услуги — и всё, а так тебя никто за жену не считает», — заявлял священнослужитель.

Отец Димитрий здесь высказывался как частное лицо, а не от имени церкви. Он сделал важное нравственное суждение, но сделал печальную ошибку. Он отождествил гражданский брак с внебрачной половой связью, как его неверно называют некоторые люди. Гражданский брак — это акт зарегистрированный в ЗАГСе, который также признаётся и церковью. А внебрачные половые связи ни к чему хорошему не ведут.

Люди предлагают следовать тенденциям моды в строительстве храмов. Но «некрасивый храм» и «немодный храм» — это разные вещи. Мы не строим некрасивых храмов, а все плохо спроектированные и негармоничные конструкции исправляются. Современная церковная архитектура не стоит на месте. Например, недавно был построен великолепный лаконичный храм Сретенского монастыря с новыми архитектурными решениями.

Эстетика церкви развивается по законам, которые не подчиняются внешним воздействиям. Консерватизм есть, но он умеренный и обоснованный. Православная архитектура устремлена не в жизнь сегодняшнего дня, а в жизнь вечного дня.

Мнения об излишней роскоши церкви — это ваши девичьи мечты и плод зависти. В отношении убранства храмов скажу, что церковь живёт «от получки до получки» на пожертвования и вынуждена их тратить так, как того просят жертвующие. Если кто-то просит отлить новый колокол на своё пожертвование в десять миллионов рублей, то мы не можем отказать. Традиционная церковная эстетика во внешнем виде служителей в золотых цепей и крестов остаётся такая, как есть. Кому-то она больше нравится, кому-то меньше.

Нужно читать Священные писания. Написано «не убей», а через несколько страниц «кто переспит со своей невестой, да будет забит камнями насмерть». Господь отделял противозаконные убийства от убийств по требованию закона, военного времени или во имя защиты Родины. Не нужно смешивать эти понятия. Солдат получает награду за службу, ведь нет большей любви чем та, которую отдают за спасение ближнего. А убийца идёт в тюрьму.

А зачем нужно изучать геометрию, физику, историю? Религиозная или православная культура составляет важнейшую часть национального бытия, объединяющую жизнь разных народов. Никто не может родителей заставить отправлять ребёнка на эти уроки. Эти родители сначала соглашаются, а потом им нечем заняться, они гадят и пишут жалобы. Опять же, свободная страна. Как ни странно, мало мусульманских семей избирает мусульманскую культуру в качестве элективного курса для своих детей. Потому что исламу они учат в мечетях, а в школах у детей есть возможность узнать культуру большей части жителей России.

#рпц #религия #интервью