Уткин против Соловьёва: хронология онлайн-конфликта — от заявления, что государство не нужно, до окончания «войны» Статьи редакции

Мне представляется, что наше государство и, в частности, президент, играют в довольно понятную игру: надо постараться как-то на цыпочках пройти, чтобы не разбудить. То есть вирус как-то сам сойдёт на нет по своим собственным законам и упадёт в пределы, которые могут подчиняться здравым расчётам медицины. И за это время никто не задаст каких-то очень важных вопросов.

Вопрос на самом деле только один: «Государство, ты мне на кой вот сейчас, в данный момент?» Я бы в принципе сам дома отсиделся бы, наверное. Я отсиживался и в других ситуациях.

Но я, в конце концов, много лет, уже десятилетий, всё тебе скидываю и скидываю долю от своих заработков, какую-то часть денег ты у меня забираешь само, и я никогда их не увижу. Я имею в виду так называемый Пенсионный фонд. И никто никогда их не увидит, это совершенно очевидно.

Так это всё ради чего? Чтобы сейчас потёрли репу, напомнили мне про каких-то кипчаков, и на этом мы разошлись, что ли? То есть я за свой счёт, собственно, сижу дома, сам себя запер, ещё и за квартиру плачу, все налоги и так далее.

Это что? То, ради чего я отстёгивал налоги каждый месяц лет тридцать? Как-то я очень разочарован всем этим обстоятельством. Мне такое государство не нужно. Ни для чего.

Василий Уткин

То есть это вот этот человек? Вот этот человек, который засыпал во время ведения репортажа? Это вот этот человек, который смог собственный талант довести до такого уровня, что это уже стало запредельно анекдотичным? А, это тот Василий Уткин, которому давно необходима профессиональная психиатрическая помощь? И вы хотите, чтобы мы комментировали то, что говорит этот глубоко больной несчастный человек? Да вы посмотрите, как он выглядит. Ему нужна помощь, он выглядит тяжело и глубоко больным.

Владимир Соловьёв

А что в этом такого? Почему меня нужно было уговаривать? Я никогда не снимался в клипе, никогда не танцевал прилюдно. Я сыграл очень положительную роль. Если вы вообще слушали текст песни, то человек-говно – это не я, не мой персонаж. [...]

Я бы и человека-говно тоже с удовольствием сыграл, потому что танцующее говно – это богатый образ, невоплощённый и нереализованный пока в кинематографе.

Василий Уткин

Я вам сейчас поставлю одно короткое музыкальное произведение, которое много говорит как о сумасшедшем, исполняющем роль в этом клипе, я бы сказал, автобиографическом, так и о всех тех, кто хорошо описывается этой моделью: либерастического звенящего вонючего дерьма, о которых писал Ленин в письме Горькому. [...]

Этот-то псих. Его можно вылечить. Тут реально нужна психиатрическая помощь. А вот остальным предателям и мерзавцам надо очнуться.

Владимир Соловьёв

Подумать только – я произнёс некоторую тираду в эфире телеканала «Дождь», загнанного за восемь можаёв, и тебя это задело, и ты решил это прокомментировать. Хотя в том, что я сказал, почти что нет моей индивидуальности. Это же очевидно.

Все мы сейчас в пандемии сидим у себя в квартирах, за свою квартплату, проедаем свои сбережения, нам платят зарплату люди, которые, в общем, не обязаны были этого делать, наши работодатели, и им никто не помогает. И это предательство государства. И это просто факт.

И как же ты завёлся. Я ответил тебе твитом, в маленьком твиттере. У каждого человека может быть твиттер. И смотри-ка, ты пляшешь от этого третий день. Что же это за танцы? Как же ты уязвим, маршал пропаганды.

Не понимающий, цитирую тебя, «кто раскручивает Дудя?». А Дудя никто не раскручивает. Это раскручивают тебя, потому что тебе нужны погоны, потому что тебе нужны деньги, потому что тебе нужна слава, потому что ты жадный. Потому что на тебя, чтобы твои слова прозвучали, должна сработать гигантская компания с огромным количеством камер, студий, света, редакторов, гримеров и так далее.

А нам ничего этого не нужно. Мы просто разговариваем с людьми. Собираем лайки вместо денег, просмотры – вместо славы. Потому что люди хотят нас смотреть.

Как тебя много, а? Хлопотливая тетенька, мерзкая карлица, обоссаный клоун, соловьиный помёт, вечерний мудозвон, ну и наконец, педерастическая обезьяна. А меня так мало.

Василий Уткин

Дело зашло слишком далеко. Я думаю, что нам пора встретиться по правилам Versus-баттла. Честного, словесного боя. Выходи, попробуй защити – нет, не истину, не политику, не экономику – себя. Потому что мне хочется поговорить с тобой не об экономике, и не о перспективах, и не о геополитике — прибежище потерявших любовь своих народов политиков.

Я хочу тебя унизить. Я хочу вернуть тебя на то место, которое ты занимаешь, и я это сделаю.

Василий Уткин

Я готов оплатить ему помощь психиатра и диетолога. Я опасаюсь за его здоровье. Он болен. Он не может мне ничего предложить.

Классики говорят, что никогда не надо бороться со свиньёй, потому что через некоторое время никто не сможет отличить, кто есть кто. Вызов могут бросать равные. А он тяжело болен.

Он, наверное, не знает, что в стране карантин. Он, наверно, не знает, какие реальные проблемы. Ему надо взять хороший уход, помыться, привести себя в порядок, побриться.

Какой баттл? Пусть займёт очередь за человеком-пельменем. С такими людьми не бывает баттлов, их надо лечить. Я не рэпер. И уж точно меньше всего на свете меня волнуют изречения этого несчастного, опустившегося и очень нездорового человека. Пусть вылечится.

Владимир Соловьёв

В сущности, его [Соловьёва] взбесил один твит. Один твит. Правда, я использовал абсолютно все знаки. И другое — по большому счёту, всё дело было в волне, которая была поднята читателями.

Самое интересное заключается даже не в этом. Это очевидно, но эти слова стоило произнести (речь об изначальном заявлении Уткина про государство — прим. TJ). Я сказал, что государство бросило частный бизнес — и за это на меня вызверелся Рудольфович.

И вчера президент принял решение оказать [помощь бизнесу]. Другое дело — как это всё будет или не будет работать. Но тем не менее он меня поддержал, выступил на моей стороне. Какое-то редчайшее совпадение.

Василий Уткин