Это же надо же, что я нашел. 2001 год, смена в лагере «Зеркальный». Единственный раз я был «Зеркальном», но впечатления оказались так сильны, что всех на этой фотографии я запомнил по лицам и характерам и сейчас могу вспомнить как наяву.
Другое дело — с именами. Ни единого имени, кроме одного — девушку звали Домнина Дионисия Луиза Диана. Ну... видимо, потому и запомнилось.
Мы жили в коттедже, самом ближнем к главному корпусу. Со мной в палате жили два самых высоких чувака в отряде (в верхнем ряду третий слева, белобрысый такой, и второй правее, через две тёлки от него) и еще один, он на фотке единственный кроме меня в кепке. Сейчас можно спокойно постебаться и я воспользуюсь. Он почему-то вызывал стойкое омерзение. Сами видите: он на фотке сидит, как коза на заборе. И раздражает сквозь года.
После очередной перебранки он плеснул мне в лицо холодным недопитым компотом. Не люблю компот. Через 10 минут он уже понуро тащил на крыльцо сушиться матрас со своей койки — я аккуратно вылил на него двухлитровую бутылку воды. Матрас, жадно принявший в себя влагу, сразу начал пахнуть, как осеннее болото, и наощупь был такой же. Это я помню, я помогал его тащить, ведь недруг вломил меня вожатым в ту же секунду.
Вообще я был слабо приспособлен к пионерлагерной жизни. Надо было постоянно объединяться по интересам против кого-то и только сильно позже выяснилось, что именно в этом вся суть и романтика выживания.
Нашу палату регулярно посещали трое девиц, которые имели, между нами говоря, совершенно непечатные клички. Это были синонимы слова «лицо». Даже скорее один синоним — в обычной, в сравнительной и в превосходной степени.
Девицы всегда ходили строго втроем и искали конфликта. В конфронтации обязательно должен был быть хоть один участник мужского пола, иначе свара признавалась неинтересной и быстро затухала. С ними исправно скандалили везде, куда бы они не пришли, но никогда не прогоняли насовсем, потому что никому не могло прийти в голову прогнать такую грудь насовсем. Ну и что, что одна пара из трех! Это неважно!
Слева от меня на фотографии, в черной футболке — отпетый тип. Отчаянно саботировал все подряд, отсутствовал, не являлся, отлынивал, делал из под палки. Довел до белого каления дзен-вожатого. Посреди смены вообще слинял с территории лагеря в направлении Питера, его искали вожатые вместе с начальником отряда, глазами освещая ночной лес. Нашли, вернули, отодрали, но не сломили.
А я попеременно восхищался пятью девушками. Самая первая оказалась совсем... наивной, вторая была очень мила, очень. Но эротически как-то не представлялась, даже не знаю. С третьей мы однажды в подсобке почти всю ночь нежно рисовали стенгазету. Четвертая быстро сломала руку и потеряла привлекательность благодаря гипсу и нытью. А на пятую стоило мне только переключить свой взор, как тут закончилась смена. Такая любовь.